Территории Южного Зауралья были далёкой окраиной огромной Российской империи. Новинки моды или технические изобретения появлялись здесь с существенным опозданием, темп провинциальной жизни в целом был медленным, повседневный быт отличался консерватизмом. Ситуация меняется в первой половине XIX века, когда растут города Курган и Шадринск, улучшается благосостояние населения, зарождается местное купечество, формируется прослойка интеллигенции из учителей, чиновников, врачей, политических ссыльных.

Более восприимчивыми к новым культурным веяниям оказались привилегированные слои населения. Ещё в 1800 году немецкий драматург Август Коцебу, находившийся на поселении в Кургане, отметил, что в рационе питания курганского бомонда были привозные вина, десерты и чай. Вечерами представители местного общества играли на европейский манер в карты, интересовались культурными событиями в столице.

В 1830-е годы с новинками европейской культуры, например, с классической музыкой, свежими литературными изданиями, этикетом и модой, высшее общество Кургана познакомилось благодаря ссыльным – декабристам и полякам. Музыкальные вечера у Нарышкиных, устройство сада Андреем Розеном, переводы античных авторов Александра Бриггена, наконец, само общение с просвещёнными ссыльными расширили культурный кругозор городских обывателей. «Курганское светское общество внешне выглядит прилично, не пренебрегает культом моды, одевается по журналам, костюмы очень элегантны, танцуют французские кадрили», – вспоминал А.Ф. Бригген.

Основная часть населения – крестьяне – оставалась в рамках русской традиционной культуры. Их повседневная жизнь состояла в основном из тяжелого труда, а также разного рода праздников и развлечений. Особое место отводилось церковным праздникам. Они структурировали повседневное время обывателя, регламентируя хозяйственную деятельность, определяя моменты отдыха и рацион питания. Наиболее значимыми были Рождество Христово, Крещение, Великий пост, Пасха, Святая Троица, Покров Пресвятой Богородицы и другие. Особенно любимыми в народной среде были семейные праздники – крестины и свадьбы, уличные игры – лапта и катания с горки, посиделки и вечёрки у молодёжи.

Разные социальные слои имели свои отличия в сфере быта, например, в одежде. По внешнему виду можно было легко определить социальную принадлежность человека: ряса священника, форменный мундир чиновника, сарафан крестьянской девушки, казачьи «парочки» (юбка и кофта), шуба или сюртук купца. Современники единодушно отмечали зажиточность местного населения по сравнению с центральными губерниями. Встретить, например, крестьянина-оборванца здесь было практически невозможно: шуба и тёплый кафтан, сапоги и пимы были у каждого.

Употребляемые населением повседневные блюда отличались простотой. Это была рыба в большом количестве, разнообразные каши, квас, щи, похлёбки. На праздники пекли пироги, стряпали пельмени, готовили жаркое. Любили оладьи, блины, пряники, караваи, кисели. Широко употреблялся плиточный чай, вывозимый из Китая. Самовары, которые стоили 3-5 руб., были во второй половине XIX века почти в каждой крестьянской семье и считались предметом первой необходимости, который не изымался даже при описи имущества за долги. Только со второй половины XIX века привычным продуктом для зауральцев становится картофель. Другими новшествами питания стали сахар и конфеты.

Более или менее благополучная повседневная жизнь обывателя могла быть прервана болезнью или эпидемией. Болезни лечили домашними средствами, например, баней. При необходимости обращались к знахарям, народным лекарям, которые использовали заговоры, молитвы, травы. Долгое время зауральские крестьяне подозрительно относились к врачам и фельдшерам, отказывались от вакцинации от оспы, считая её «антихристовой печатью». Повсеместно встречались отказы иметь в селе акушерку. Особенно с большим опасением к официальной медицине относились старообрядцы.

Как для богатого купца, так и для бедного подмастерья были одинаково опасны эпидемии тифа, холеры, дизентерии, периодические вспышки которых регистрируют хроники того времени. Предотвращать эпидемии и бороться с ними было довольно трудно, учитывая отсталые медицинские воззрения большей части населения.

Кроме эпидемий страшным бедствием для населения был голод. В конце 1880-х годов на поля зауральских крестьян пришла кобылка (саранча), уничтожившая большую часть посевов хлеба. Несколько неурожайных лет истощили ресурсы крестьянских хозяйств и привели к масштабному голоду. В память об этом трагическом событии на станции Логовушка купцами Балакшиными была установлена гранитная пирамида с венчающим её крестом. На памятнике были выбиты слова: «Помяни время глада во время сытости, нищету и убожество в день богатства».

Наиболее интенсивно трансформации повседневного пространства и образа жизни население Южного Зауралья ощутило в пореформенное время. Устройство телефона в правительственных учреждениях, появление фотографических заведений, телеграфных станций, новых магазинов, наконец, строительство Транссибирской железнодорожной магистрали. Эти новшества, неизбежно меняя жизненный мир обывателя, формировали новые привычки, прививали новые вкусы. Например, современники отмечали огромный интерес к фотографии, причём у всех категорий населения, будь то богатый купец или мелкий служащий, рабочий или священнослужитель, взрослый человек или ребёнок. Первая фотография в Кургане была открыта в 1868 году, вскоре появились и другие. Самым известным и преуспевающим фотографом Кургана конца XIX – начала XX века стал Алексей Иванович Кочешев.

Частью повседневности этого времени становится деятельность общественных организаций. Одним из самых активных был Дамский комитет, или Дамское попечительное о бедных общество, открытое в Кургане в 1891 году, что свидетельствовало об изменении социальной роли женщин. В общественной жизни стали принимать участие Курганское уездное Общество Красного Креста для оказания помощи нуждающимся по случаю неурожая, Общество попечения о начальном образовании и другие. Большую роль в культурной жизни кургана играло Общество взаимопомощи приказчиков, которое устраивало различные культурные мероприятия (маскарады, катания на коньках, благотворительные концерты).

В начале ХХ века Южное Зауралье не оставалось в стороне от внедрения в повседневные практики достижений научно-технического прогресса. Речь идёт о знаменитом изобретении братьев Люмьер – кинематографе. Впервые увидеть, как тогда говорили, «живые картинки» курганцам посчастливилось в 1905 году. Это было чёрно-белое немое кино. По свидетельству современников, на зрителей оно произвело неописуемое впечатление. Стационарный кинотеатр в городе – электро-синема-театр «Модерн» – был открыт позже, в 1909 году. В разные годы начала ХХ века к услугам курганцев были такие кинотеатры, как «Эхо», «Лира» и «Прогресс». Из них после революции сохранился только «Прогресс», возобновивший показ фильмов в 1920-е годы.

В Шадринске первый кинотеатр открылся в 1910 году, и сразу Городская дума обязала его владельца не демонстрировать картины безнравственного содержания. Кроме собственно проката фильмов в кинотеатре устраивались концерты и встречи с артистами. Не приветствовалось посещение киносеансов священнослужителями, учащимися духовных школы и семинарий.

Привычный ход жизни зауральцев был прерван Первой русской революцией. Обыватель стал интересоваться политикой, обсуждать столичные события, читать запрещённую литературу и листовки, наблюдать со стороны за забастовками, митингами, маёвками и сходками или активно участвовать в них. Спустя несколько лет Первая мировая война, усилив миграционные процессы, расширила представления жителей нашего края о мире в целом, России и разных её культурах. Очередная неизбежная волна модернизации повседневной жизни проявилась в одежде, быту, окружающем пространстве и мировоззрении населения Южного Зауралья.

...